Пленум ЦК КПСС, октябрь 1957 г.

ОКТЯБРЬСКИЙ (1957 Г.) ПЛЕНУМ ЦК КПСС

…Тов. Жуков, нельзя так поступать, нельзя принижать роль других маршалов и генералов, умалять роль партии, нашей армии. …
В своем выступлении тов. Жуков спрашивал:
что случилось, почему неожиданно поставлен этот вопрос? Здесь товарищи хорошо объяснили, что случилось. Я скажу, как возник этот вопрос. В какое-то время члены ЦК и члены Президиума обменивались мнениями и задавали друг другу примерно такие вопросы:
– Как вы, тов. Хрущев, смотрите на Жукова?
– А что?
– Просто так спрашиваю.
– Жуков хороший товарищ,– отвечаю.
– Ну, хорошо, очень хорошо.
Прошло время, другой товарищ спрашивает:
– Тов. Хрущев, как вы считаете Жукова?
Эти вопросы заставляют думать: чем объяснить, что товарищи о Жукове спрашивают? Эти вопросы возникали потому, что начали побаиваться Жукова, беспокоиться, уже запахло нехорошо вокруг Жукова.
Жуков. Это нашептывание.
Хрущев. Тов. Жуков! Может быть, вы думаете, что это английская разведка доносила? Он считает, что вроде мы вдвоем деремся – Хрущев и Жуков. Но так понимать – это значит не разбираться в самых элементарных вещах, это же просто примитивные рассуждения. … Поведение Жукова всех беспокоило – маршалов, генералов, членов ЦК. Вы слышали, что они говорят. Они говорят о политических ошибках тов. Жукова, говорят с сознанием чувства ответственности за партию. Вот почему мы рассматриваем этот вопрос.
Зачем тов. Жукову нужно было вносить предложение о ликвидации Главного Военного Совета. …
Представим себе, что какое-то предложение выдвинул Жуков, с его характером, то он и слова не позволит сказать, он и пикнуть не даст командующим. А если будет работать Военный Совет, где все командующие будут высказывать свои мысли, тогда мы будем иметь возможность всегда поддержать здоровые предложения. … А Жуков настаивает ликвидировать! Почему, спрашивается? Он рассуждает так: я есть министр обороны, и все то, что относится к войскам, должно проходить только через меня и больше ни через кого. И это преподносится под видом укрепления единоначалия? Нет, это настоящая диктатура, это опасное дело.
Предложение о ликвидации Главного Военного Совета, кастрирование Военных Советов округов, превращение их в совещательные органы – все это направлено к тому, чтобы лишить партийные органы возможности влиять на армию…
Дело не в том, что Жуков требовал больше денег, а как требовал. Берет слово Жуков и держит речь. Должен признаться, что я несколько дней ходил под впечатлением его речи. Он произнес совершенно недопустимую пораженческую речь. На заседании были члены Госплана, присутствовало много работников – не членов Президиума ЦК. Жуков стал доказывать какое соотношение сил СССР и США, и говорит: что как министр обороны, заявляю, что если так дальше будет продолжаться и не будет изменено положение, то нас США могут разбить и разобьют. Скажи, тов. Жуков, говорил ты это?
Жуков. Сказал, но немножко не так.
Хрущев. Может быть, тон другой, но по существу так было оказано. Тогда я тихо говорю тов. Жукову: ты министр обороны, нельзя так,
пытался его одергивать. Тов. Конев тогда присутствовал, кажется, и тов. Соколовский был, они знают. Потом я громче оказал тов. Жукову: нельзя так говорить. Как же это так? Выходит, на сороковом году революции мы живем милостью американцев? А как же мы в первые дни революции разбили 14 государств? Зачем нужны такие заявления? Затем, чтобы вырвать деньги. …
Нельзя допускать подобных явлений, нужно обезвреживать попытки действовать в обход ЦК партии, попытки отдельных работников не считаться с партией. Речь идет о партийности. Вы смотрите, все антипартийные элементы борьбу против партии начинали с попыток принизить роль партии. Берия с этого начал. Вы знаете, что Маленков, Молотов и Каганович тоже с этого начали. И Жуков с этого начал. И это понятно, в этом есть своя закономерность. С чего начинают бороться с нашей партией. Все, даже открытые наши враги, они начинают с атак против партии, против ее руководящей роли. Если бы, допустим, сказали Эйзенхауэру: ликвидируется Коммунистическая партия, но Советская власть будет сохранена. Что бы сказал Эйзенхауэр? Он сказал бы: наконец мы дождались этого нового голоса.
Империалистов не Советская власть пугает. Советская власть – это форма. Их пугает коммунистическое содержание Советской власти, нашего социалистического строя. А коммунистическое содержание мыслимо только при руководстве Коммунистической партии. Это же надо понимать. Кто поднимает руку на авторитет нашей партии, кто хочет принизить ее роль, тот ведет дело к капитуляции перед капитализмом, тот хочет расчистить путь нашим врагам…
Я думаю, что надо принять решительные меры в отношении тов. Жукова. Мы должны принять такое решение, которое было бы предупреждением для каждого, кто захочет свое «я», какое бы громкое оно ни было, поставить над партией. Любого, кто не считается с интересами нашей партии, партия не пощадит, невзирая на заслуги и фамилии. Это должно быть законом в жизни партии. (Аплодисменты).

Комментирование закрыто, но вы можите поставить trackback со своего сайта.

Комментарии закрыты.

Локализовано: Русскоязычные темы ВордПресс
Rambler's Top100